Александр Лапин: «Номенклатура копировала масонскую ложу»

14 марта в Воронеже, в книжном клубе «Петровский», состоялась встреча писателя, публициста, общественного деятеля Александра Лапина с читателями. Автор презентовал свой новый роман «Святые грешники» — книгу о духовных поисках в современном мире.

Александр Лапин начал очередную встречу с читателями с теплых слов в их адрес:

— Сегодня каждый подвержен огромному информационному давлению. За ваше время борются телевидение, радио, интернет. И я очень рад, что у вас появился час, чтобы встретиться со мной. Приятно, когда встречаю в интернете какие-то отклики. Да, отклики бывают самые разные — от хороших до матерных. Но это все равно показывает, что кого-то моя работа задевает, кому-то она интересна. Значит, не зря я живу и пишу.

НЕСКОЛЬКО ЖАНРОВ — В ОДНОМ

Недавно Александр Лапин провел подобную встречу в Москве. Писатель признался, что очень волновался, как примет его публика огромного города. Оказалось, многие гости были знакомы с его произведениями, потому вопросы о судьбах героев и особенностях работы над «Русским крестом» следовали один за другим. Встреча в воронежском книжном клубе была не менее интересной. Она прошла в формате дружеской беседы.

— Роман «Святые грешники» в какой-то степени является продолжением саги «Русский крест», а в какой-то степени — не является, — отметил писатель. — Во время работы над тем произведением стояли другие задачи. В саге о поколении нужно было рассказать, как люди менялись вместе со страной. Мы жили во время распада огромной империи — такое время бывает раз в две тысячи лет. Когда это произошло в Риме, на смену язычеству пришло христианство, на смену рабовладельческому строю пришел феодализм. Изменились государственные устои, появились другие народы. Аналогичные явления произошли с нами в 90-е. Распалась империя, распались государства, из которых она состояла. Изменилось мировоззрение нашего народа, его представление о жизни. Сага «Русский крест» нуждалась в определенном стиле, где не было места тем вещам, которые меня занимали долгое время. Я стал верующим в 38 лет. С тех пор меня увлекло изучение истории религии. Все мои путешествия по миру были целенаправленными: я бывал в Индии, Китае, Шри-Ланке, полетел первым самолетом на Бали. Посетил Мексику, чтобы понять местную религиозную систему. Но все мои поиски в формат романа «Русский крест» не умещались. Когда закончил сагу, то понял, что нужно собрать воедино все эти изыскания, отжать досуха все религиозные системы, чтобы это получилось интересно, чтобы было читабельно. Нужно было сделать это занимательно и достаточно просто. «Святые грешники» — это несколько разных повестей, несколько жанров. Тут и эротический роман, и философская притча, и рассказ о природе, даже фантастика. Каждый из моих героев ищет собственную дорогу. Один идет через буддизм, второй через ислам, третий становится многобожцем, четвертый остается православным и так далее. Не хотел писать, что все кругом воцерковлены, — это была бы неправда, а неправда губит литературу.

«РОССИЯ — КУСОЧЕК ВИЗАНТИИ»

Из зала спросили, в чем особенность «русского пути». Почему нашу страну так не любят другие государства?

— Россия — если хотите, это кусочек Римской империи, а именно Византии, — прокомментировал писатель. — Оттуда мы ведем свою государственность и свои ментальные установки. В Римской империи признавали все имевшиеся у них религии. Эта веротерпимость пришла и в Россию. Мы впитали в себя культуры других народов. Запад считает, что это он ведет родословную от Римской империи. Но ее полностью уничтожили варвары. На обломках возникли отдельные государства. Культура была утрачена. Да, они взяли христианство. Но у нас не было таких религиозных войн, не было инквизиции. В Европе тяжело встретить красивых женщин, потому что их жгли и топили. Храмы там пусты, никто не хочет верить в Бога. В этом наш путь отличается.

Прозвучал вопрос, какие темы и эпизоды романа автору ближе всего.

— Мне было интересно описать поездку к Гробу Господню. Первый раз я был там году в 89-м, еще дрожащим паломником. Вокруг не было толп, не было шоу, — отметил Александр Лапин. — Было интересно поговорить и об исламе. Пришлось много консультироваться, ездить. Ислам — очень красивая, логически выверенная религия. Она возникла позднее христианства, но это не умаляет ее значения. Просто мы ее не знаем. Ассоциируем с запрещенными организациями, представители которых бегают с автоматами. Они никакого отношения к подлинному исламу не имеют. Но вот к чему я пришел. Не надо искать чего-то на краю земли. В каждой религии, которая сегодня есть в России, имеются все возможности для совершенствования человека. Все техники, которые способствуют духовному развитию, схожи. Они позволяют добиться безмолвия разума, прекратить «словомешалку» в голове, а потом начать приходить к высоким мыслям, начать приподниматься над мелкими проблемами. В романе я попытался понять, чего от нас сегодня хочет Бог. Мы должны стать сотворцами жизни, обновления ее атмосферы. И этого требует время.

ТАЙНАЯ И ЯВНАЯ ВЛАСТЬ

Писатель признался, что сейчас работает над книгой совсем иного жанра.

— Это будет роман-путешествие. Называться он будет «Крымский мост». Большое внимание уделю масонам. Сейчас я «закопался» в эту тему. Изучаю, как они влияли на Россию и народ. Быть может, настал момент разобраться, что произошло в феврале 1917 года. Мало кто знает, что все Временное правительство во главе с товарищем Керенским были масонами. Существовал заговор, по которому они в апреле 1917-го должны были совершить государственный переворот. Революция вспыхнула раньше. Они слегка растерялись, но потом оседлали власть. Страной восемь месяцев управляли члены масонских лож. Об этом идут споры, но есть подтвержденные факты. В октябре масонов уже не было — их время закончилось, началась история КПСС. Но здесь тоже масса любопытного. Наша государственная система была построена по образцу масонской ложи. Существовала тайная власть — номенклатура и явная — партия. В ложе есть много людей, которые ничего не знают, а только голосуют. И существует ядро, которое принимает решения, а остальные их выполняют. Но масоны — это маленький кусочек того, о чем я сейчас думаю.

Станислав ШЕВЧЕНКО

Фото: Станислав ШЕВЧЕНКО